Генеральное консульство Российской Федерации в Трабзоне, Турция
+90-462-326-26-00
+90-462-326-27-28
/

"Никто не может нам указывать, что делать!"

Karadeniz, 25.10.2016


Генеральный консул Российской Федерации в Трабзоне Дмитрий Таланов побеседовал с газетой Karadeniz: «Черноморский бассейн – наш дом. Никто, придя с внешней территории, не может нам указывать, что нам делать».

«Для возобновления отношений были условия российской стороны. Извинения турецкой стороны – было первоочередным условием. Это было сделано – извинения были принесены со стороны президента Турции в письменной и устной форме – и мы это приняли».

Генеральный консул Российской Федерации в Трабзоне Дмитрий Таланов ответил на вопросы автора нашей газеты Ахмета Шефика Молламехметоглу о кризисе из-за самолёта, будущем Черноморского бассейна, акциях протеста.

Вопрос: Четыре года Вы руководите Генеральным консульством в Трабзоне. Необходимо проанализировать этот период, что выходит на передний план?

Ответ: На протяжении моей службы было много наблюдений и впечатлений. Как Вы знаете, наш консульский округ включает в себя не только Трабзон. Он включает 11 провинций Восточного Причерноморья и Восточной Анатолии. На протяжении прошедших лет мы сумели наладить с этими провинциями хорошее сотрудничество, сумели хорошо узнать их,   с некоторыми из них у нас сложились прекрасные отношения. В особенности, с провинциями Эрзурум, Артвин, Ризе, Карс.

Есть большое поле для совместной работы, включая гуманитарные связи в сфере образования. В этом сотрудничестве важное место занимает русский язык. У нас налажен тесный контакт с кафедрой русского языка и литературы Университета им. М.К.Ататюрка в Эрзуруме. Этот вуз, с точки зрения изучения русского языка, стал своего рода центром. Был открыт кабинет русского языка в Кавказском университете Карса.  С учётом того, что мы находимся в Трабзоне, мы поддерживаем теплые отношения с Черноморским техническим университетом, которым придаём большое значение. ЧТУ установили взаимодействие с Сочинским государственным университетом.  В то же время у нас хорошие контакты с двумя частными школами Трабзона, в которых ведётся преподавание на русском языке.

В прошлом году мы организовали поездку учащихся коллежа «Ачи» в российский город Нальчик. Однако после инцидента с самолётом такие поездки были прекращены.

Культурные шаги

Вопрос: Что произошло в области культуры?

Ответ: Культурное сотрудничество также занимает важное место, так как благодаря культурным мероприятиям у нас появляется еще больше возможностей познакомиться с людьми, проживающими в регионе. В этом году, как Вам известно, в организованных Домом искусств Трабзона Международных днях искусств приняли участие и представители из России. Говоря о культурах наших стран, мы видим, что они достаточно близки друг другу. В частности, культуры российских регионов Кавказа и Турции весьма близки. Поэтому в 2014 г. в Международном литературном фестивале, организованном Союзом писателей Причерноморья, приняло участие большое количество писателей и поэтов из России. Они еще раз примут участие в мероприятии.

Торговля и экономика

Вопрос: Какие были сделаны шаги в торговых и экономических отношениях?

Ответ: У нас налажены тесные отношения с Ассоциацией экспортёров Восточного Причерноморья и Торгово-промышленной палатой Трабзона. Мы можем говорить о росте объема торговых отношений и расширении экономического сотрудничества на протяжении последних четырёх лет. Могу отметить развитие торгового партнерства России с регионом и отдельно близлежащими к нему областями. Мы провели в регионе при поддержке Ассоциации экспортёров Восточного Причерноморья и Министерства торговли Турции несколько деловых форумов. Два из трёх форумов состоялись в Трабзоне, последний третий форум прошел за несколько дней до заморозки отношений на территории российского города Владикавказ. Естественно, такие мероприятия связаны с отношениями стран. Состояние экономики регионов в целом зависит от состояния экономики стран. В настоящее время у нас есть некоторые планы и мы продолжаем работать по их реализации.     

Кризис из-за самолёта

Вопрос: Когда всё шло хорошо, случился кризис из-за самолёта. Эрдоган в ходе встречи в Москве с Путиным сделал заявление, что произошедшее – провокация. С Вашей точки зрения, что это было? Была ли это акция, направленная на то, чтобы отравить турецко-российские отношения?

Ответ: Как государственный служащий, я не даю оценки, выходящие за рамки официальных комментариев, сделанных президентом, председателем правительства, министром иностранных дел и другими уполномоченными представителями России. Я не уполномочен давать оценки отношениям между Турцией и Россией. Как Вы знаете, в период кризиса российским правительством были приняты некоторые решения. Все двусторонние связи были заморожены. Были введены ограничения в деловом сотрудничестве, политическое взаимодействие было полностью прервано. Кроме этого мне добавить нечего. К чему мы пришли, Вам хорошо известно.

Вопрос: Каким образом заработал процесс восстановления отношений?

Ответ: Для возобновления отношений российской стороной были выдвинуты условия. Извинения турецкой стороны – было первоочередным условием. Это было сделано – извинения были принесены со стороны президента Турции в письменной и устной форме – и мы это приняли. Соблюдение наших условий способствовало восстановлению двусторонних отношений. Также хотелось бы отметить, что кризис, связанный со сбитым самолётом, оказал негативное влияние на регион. Вы тоже это наблюдали. По данным, полученным от бизнесменов в торговых и экономических кругах, регион по итогам кризиса понес убытки приблизительно в сотни млн долларов. Не знаю, как оценила это турецкая сторона, но я могу утверждать, что для данного небольшого региона это были большие потери. Были некоторые ограничения

Вопрос: После того, как начались протесты в связи с кризисом из-за самолёта, какие произошли изменения в Вашем образе жизни и в жизни служащих генкосульства?

Ответ: В первые дни после инцидента со сбитым самолётом мы, конечно же, знали о том, что изменятся связи и отношения. В связи с этим были предприняты необходимые меры. Взаимодействие кардинально изменилось, так как все наши связи, все наши контакты были разорваны, всё было приостановлено. Сотрудничество было заморожено, но работа Генконсульства в целом не прекратилась. Мы продолжали работать точно так же, как и сейчас мы оказываем государственные услуги. К нам обращались турецкие граждане за визами. Наши двери были открыты для всех, кто желал с нами встретиться. К нам приходили многие. Мы слышали разные соображения. Всех внимательно выслушивали. С этой точки зрения не было никаких ограничений.

Вопрос: Как вначале происходило обеспечение безопасности, в том числе как развивались рутинные взаимосвязи, из чего складывался подход, и какими были отношения с губернаторством, мэриями и органами местного самоуправления?

Ответ: Еще до инцидента со сбитым самолётом 24 ноября, с точки зрения безопасности, нами были усилены меры предосторожности. Потому что первое протестное мероприятие было осуществлено до того, как был сбит самолёт. После этого мы обратились в Управление безопасности Трабзона с просьбой принять меры безопасности, и они были приняты. Всё было выполнено. Продолжились некоторые контакты с общественными компетентными органами и частным сектором. Мы верим, что и после наступления кризиса из-за инцидента с самолётом любая просьба с нашей стороны была бы принята губернаторством. Но никаких просьб в этот период с нашей стороны не поступало. Мы встречались на различных площадках и с мэром и с губернатором. Естественно, после наступления кризиса мы ввели ограничения на посещение множества мероприятий. Заморозка всех связей отразилась на ограничении протокольных мероприятий. Это обычное явление во время кризиса в отношениях между странами: сокращается число переговоров, отклоняются просьбы о встречах. После того, как был сбит самолёт, вероятно, можно было предположить, что такое произойдет. Мы не можем сказать, что мы нормально отнеслись к этому. Я до сих пор не нахожу ответа на вопрос, с какой целью был сбит наш самолёт, - ни в прессе, ни где бы то не было еще. Чего Турция добилась таким образом? Мы этого не смогли понять.

Вопрос: Каким образом из-за такого положения пострадали семьи сотрудников генконсульства и российских граждан в Турции?

Ответ: Сейчас я могу ответить на этот Ваш вопрос, поскольку отношения между нами выправились. Если бы процесс продолжался, то я бы не смог дать на него ответ.

Не было никаких указаний из Москвы «отправить домой членов семьи, ограничить их контакты». Семьи сотрудников продолжали вести привычный образ жизни. Но, разумеется, с началом протестных акций, были приняты дополнительные меры безопасности. Не ограничения, как таковые, а чуть меньше возможностей для прогулок и встреч. Это было вызвано тем, что, с точки зрения безопасности, могли быть некоторые проблемы. Но пусть не будет недопонимания. Как мы работаем сейчас, так мы и тогда работали. Мы наши двери никогда не закрывали, оказывали и продолжаем по сей день оказывать все консульские услуги. Если бы кризис в отношениях развивался, то, возможно, наши двери были бы закрыты, на них висел бы замок.

Черноморский бассейн – наш общий дом

Вопрос: Америка, НАТО желают присутствия в Чёрном море. Запад желает присутствовать. В прошлом вопрос о проливах претерпел этапы, в ходе которых была критика с призывами внести изменения в конвенцию Монтрё. Как Россия смотрит на Чёрное море?

Ответ: Конечно, мы видим цель некоторых нечерноморских стран в их присутствии в Чёрном море. Но есть упомянутая Вами конвенция Монтрё,    в которой оговорены условия нахождения в Чёрном море военных кораблей и иных судов военной помощи. Там чётко указаны условия. С другой стороны, мы можем говорить о работе в отношении невоенных аспектов, а экономического сотрудничества всех стран Черноморского бассейна. Мы видим их желание взаимодействовать в области торговли и развивать морское сотрудничество. Я думаю, Чёрному морю следует быть мирным. На мой взгляд, устремления всех стран Черноморского бассейна идут в этом направлении. Будущее Чёрного моря должны решать страны Черноморского бассейна, они должны принимать и применять решения.

Вопрос: Что Вы скажете тем, кто вмешивается извне?

Ответ: Представим себе Чёрное море в виде дома, а страны Черноморского бассейна в качестве его жителей. Естественно, чьи-то попытки, пришедшего со стороны под видом гостя, навязывать Вам свои отдельные условия, говорить Вам, что Вам делать хорошо, а что плохо, по-моему, ни в одном доме не будут приняты с одобрением. Только жители этого дома должны устанавливать свои порядки и сами решать, как им жить. Такова, видимо, философия Российской Федерация. И её стратегия на будущее – страны этого бассейна свои решения должны принимать сами.

Вопрос: За последний период по причине известных событий было множество протестов в отношении России, в том числе в Трабзоне. О чём Вы думали, когда перед Генконсульством проходили подобные акции?

Ответ: Скажу Вам совершенно откровенно, мне было неприятно. Недавно здесь прошла акция протеста. И те, кто пришел сюда, выступили с религиозных позиций. Среди них было немало молодёжи. Когда я смотрел на них, я понимал, что ими кто-то руководит, и, по-моему, делает это неправильно. Потому что молодежь, которая сюда приходит, не знает, что такое терроризм, и кто на самом деле его поддерживает. Находясь в Сирии, Россия выступает против терроризма и ведет с ним борьбу. Не буду называть их имена, но есть множество стран, которые поддерживают террористические группировки, они не ведут борьбу против терроризма, а делают прямо противоположное. Я повторяю, Россия в Сирии борется с терроризмом, и есть противники этой борьбы. Меня расстраивает то, что протестующая молодёжь этого не понимает.

Россияне в Турции

Вопрос: Как себя чувствуют россияне, находящиеся в Турции, с какими вопросами им больше всего приходится сталкиваться?

Ответ: Большинство проблем носит правовой характер. Об этом мы можем судить по обращениям за предоставлением консульских услуг. Российские граждане здесь выходят замуж, рожают детей, умирают: с этими вопросами обращаются к нам, обращаются по юридическим вопросам, вопросам пребывания и легализации документов. Кроме того, по сравнению с другими регионами Турции, в нашем консульском округе количество крупных происшествий с участием российских граждан ничтожно мало.

Вопрос: У Вас есть статистика по количеству зарегистрированных браков между российскими и турецкими гражданами?

Ответ: Я могу Вам сказать следующее. Основное большинство обращающихся к нам граждан России – это женщины, которые в свое время приехали сюда и здесь вышли замуж. То есть, мы можем констатировать, что есть и вклад наших граждан в демографический рост населения Турции.

Вопрос: В заключение беседы есть ли у Вас послание для турецкого общества? Особенно в этот период, когда двусторонние отношения возвращаются в нормальное русло?

Ответ: Мое пожелание заключается в следующем. Я желаю, чтобы наши народы жили в дружбе. Хотелось бы, чтобы им больше не пришлось переживать кризисы наподобие инцидента со сбитым самолётом. Потому что после таких событий в памяти ничего не остаётся, кроме большого сожаления. Желаю, чтобы мы жили в этом регионе в мире и согласии. Нам надо поддерживать хорошие взаимоотношения, чтобы еще больше узнавать и понимать друг друга. Важно находиться в более тесном контакте. Несмотря на то, что у нас есть различия в культуре и языке, мы очень хорошо понимаем друг друга. Это позволяет мне надеяться на более тесное сотрудничество в ближайшем будущем.